Когда татуировка стала бизнесом

Когда татуировка стала бизнесом

Вероятно, вас интересует, когда в Европе появилось стремление отдельных личностей полностью покрыть тело татуировкой и демонстрировать себя публике. До второй половины XIX века сведения о таких людях носили эпизодический  характер. Они касались дикарей, привезённых из района Южных морей, а позже – тех европейцев, которые добирались на острова Океании и, живя среди тамошнего населения, поддавались татуировке, чтобы со временем получить наивысшие почести от вождей и жрецов.

К числу наиболее известных европейцев, которые были татуированы жителями островов Океании, принадлежали француз Джозеф Кабри и англичане Эдвард Робертс, Джеймс Ф. О’Коннелл и Джон Разефорд. Последний 10 лет жил среди маори Новой Зеландии, где приобрёл среди прочих татуировок и «моко» – татуировку в виде спирали на лице. Свои впечатления Джон Разефорд описал в книге, которая во многих странах была бестселлером. Робертс, который после ряда лет, проведённых на островах Южных морей, переселился в Индию и там бесследно исчез. Иначе сложилась судьба Кабри, О’Коннелла и Разефорда, которые с целью заработать показывали свои густо покрытые татуировкой тела, разъезжая вместе с кочевыми ярмарками чудес по территории Франции и Англии. Кабри демонстрировал себя в 1817-1822 годах, Разефорд – в начале 30-х годов.

Разефорд показал пример для первых, пока еще непрофессиональных европейских татуировщиков. В 1829 году два студента медицины одного из британских университетов Джон Годвин и Джон Саллан были наказаны денежным штрафом в размере 5 фунтов за то, что, применив силу, татуировали 12-летнего мальчика, чтобы представлять его как настоящего маори.

О’Коннелл был первым из татуированных европейцев, который отправился на американский континент и там демонстрировал себя публике. Его биография, как, впрочем, и биографии Кабри, Робертса и Разефорда, изобиловала множеством сенсационных и таинственных сюжетов. Он прибыл в Нью-Йорк в 1835 году. В этом же году был принят в один из американских цирков. Выступая в составе его труппы, пользовался огромным успехом вплоть до 1854 года.

Чтобы обыкновенное татуированное тело превратить в бизнес, потребовались способности Финеса Тэйлора Барнума (1810-1891 г.г.) в области рекламы в соавторстве с Д. Бэйли, основав самый большой в мире цирковой концерн, специализацией которого был показ публике самых удивительных «выходок природы и искусства». Барнум, мастер мистификаций, указал татуированным их место в мире ярмарок. Среди лилипутов, женщин с бородами, гигантов, женщин без нижней части живота и толстяков, татуированный человек стал заметной личностью, а татуировка на теле – профессией. Американский исследователь истории татуировки Альберт Пэрри написал о способностях Барнума: «Он открыл бизнес в татуировке. Каждый музей в целях рекламы был обязан нанять какую-нибудь татуированную девушку с выдуманной биографией, говорящей о том, что ее похитили и покрыли татуировкой». Да, Барнум умел заинтриговать обывателя.

Очень известным и таинственным (может, потому и известным) человеком с татуировкой в Европе XIX века был некий Константин, которого также называли «князь Константин», «Капитан Джорджи Травелла», «Татуированный из Бирмы». Сам он утверждал, что сулиот (албанец из Сулы), либо один из диких, дерзких мужчин родом из суровых Балкан. Во время выступлений Константин не прошёл мимо возглавляемого Барнумом цирка, в труппе которого выступал несколько сезонов в разное время, всякий раз своим необыкновенным видом вызывая сенсацию. В цирке Барнума Константин зарабатывал 1000 долларов еженедельно и держал при себе спикера, который перед началом каждого публичного выхода, на котором Константин демонстрировал свою галерею на теле, сообщал собравшимся: «Этот дикий татуированный мужчина всегда поражает всех женщин».

В 1872 году Константин навестил Европу, в которой задержался на четыре года. Во время посещения Германии он произвел огромное впечатление не только на праздную публику, но и на представителей научных кругов, в первую очередь на антропологов, этнологов и врачей, которые неоднократно его обследовали. Константина изучали на заседаниях таких организаций, как Шленское товарищество народной культуры с центром во Вроцлаве, Антропологическое общество и Общество врачей в Вене. Его видели также на съезде немецких биологов и врачей в Штутгарте. Наиболее пристальным оказалось Берлинское антропологическое общество, которое уделило подробным исследованиям Константина более 20 лет, издав много научных трудов.

Константин носил на себе 388 татуированных мотивов, в том числе 137 – на нижних конечностях, 52 – на животе, 51 – на левой руке, 50 – на правой, 50 – на грудной клетке, 37 – на спине, 8 – на шее, 2 – на лбу. Рисунки покрывали поверхность практически всего тела за исключением носа и ступней ног. На его коже красовались пантеры, тигры, газели, слоны, змеи, крокодилы, ящерицы, саламандры, жабы, раковины, улитки, орлы, павлины, жемчужины, совы, лебеди, сфинксы, драконы и другие животные и существа мифологического происхождения, фигуры женщин, оружие и т.п. Отдельные фигуры были отмечены большим искусством исполнения. Крылья птиц как бы возносились над телом.

Загадка, касающаяся происхождения Константина, его возраста, когда он показался в Европе, времени и места, где он разукрасил себя многочисленными и разнообразными татуировками, не была разгадана. После многих успехов в 1892 году он внезапно и бесследно исчез. Когда Константина – грека, албанца, турка, сулиота с американским паспортом, по профессии – контрабандиста оружием, искателя золота, пирата и мошенника считали погибшим в Средиземном море, некий человек по имени Фелисьен сообщил в Вене, что этот человеческий феномен, став богатым ранее, отошёл от светской жизни и умер в нищете. Кем был тот мужчина? Последователем Константина? Его новым воплощением? Hа эти вопросы ответы уже не будут найдены.

Само собой разумеется, что следом за татуированными мужчинами, которые со временем уже не вызывали у публики такого интереса, нательную живопись начали публично представлять и женщины. Первой из них, рискнувшей за деньги демонстрировать покрывавшую все тело татуировку, была американка Ирэна Вудворд, названная «красавицей Ирэной». С 1890 года на протяжении нескольких лет Ирэна Вудворд выходила к зрителям в Берлине, которые толпами набивались в «Паноптикум Кастанса».

Американка вытатуировала на своем теле около 400 отдельных знаков, исполнение которых, по мнению многих знатоков, говорило об «определенном художественном вкусе». К числу наиболее часто встречавшихся на коже «красавицы Ирэны» мотивов принадлежали бабочки, цветы, индейцы, насекомые, сцены из общественной жизни и т.д.

«Красавица Ирена» получила огромную известность и жила за счёт рассказов о своих татуировках, которые были сделаны в тогдашнем американском стиле. По её словам, она сделала татуировки на Диком Западе в Техасе, чтобы избежать внимания враждебно настроенных краснокожих индейцев. Сомнительная история, но толпа её почитателей не задавала лишних вопросов. Среди бабочек, цветов, ангелов, солнц, глаз и сентиментальных сцен, типа сцены прощания с моряками, её тело пересекали во всех направлениях ленты с надписями, содержащими послания типа: «Ничто без чести», «Никогда не отчаивайся», «Я живу для тех, кого люблю». По обычаю ленты или свитки текстовых татуировок располагались среди декоративных виньеток, цветов, сердец и животных. Это американский стиль татуировки.

Немецкий антрополог Йоханн Ранке, представлявший «красавицу Ирэну» членам «Антропологического общества» в Мюнхене, нашёл, что, «кожа привлекательной дамы блестит и на ощупь напоминает бархат», в то время как присутствовавшие на той презентации жалели, что «дама была слишком сдержанна, показав только обнажённые руки, шею, плечи и ноги чуть выше колен, поскольку во время показа выступала в одежде танцовщицы».

У «красавицы Ирэны», как и следовало ожидать, появились продолжатели – американская семейная пара Эмма и Фрэнк Бурги. На груди Франка был вытатуирован портрет его жены Эммы в лежачей позе. На левой руке Бурга была вытатуирована матросская пуговица, а на ногах от бёдер до ступней нанесено большое количество знаков, выдержанных в индейском стиле. У Эммы Бург на теле было 250 мотивов, причём на её грудях особенно выделялось имя её мужа.

Готовили супружескую пару Бургов к новому бизнесу два татуировщика. Груди супругов разукрасил американский татуировщик Сэмюэль О’Рэйлли, а прекрасный английский мастер Том Райли разместил на спине Франка сцену распятия, а на спине его жены – «Тайную вечерю», взяв за образец известную работу Леонардо да Винчи. Чтобы ещё на некоторое время продлить общественный интерес к этому виду развлечений, людей с татуировками стали сопровождать всё более невероятные истории.

Так, некая Кэри, появившаяся в Лондонском театре в 1907 году преподнесла красочную историю о том, что в детстве она была похищена и насильно зататуирована. Мисс Мара называла себя похищенной дочкой фермера. Другие находили простые татуировки недостаточно интересными. Так ЛиллиьБарнум была сделана татуировка с розовым маслом, всегда сладко пахнувшем.

Несмотря на ажиотажный интерес публики, пресса того времени оценивала гастролеров неприязненно. Х.Э. Людеке в 1907 году в журнале «Антропофитея» писал, что это были личности «с ущербной психикой, факиры, татуированные сводники, часто мужчины с развитой мускулатурой, при этом хитрые и неустрашимые, чтобы потом своей внешностью возбуждать аудиторию с дурными вкусами».

Однако индустрия развлечений, зарождавшаяся в те годы, мало обращала внимания на подобные оценки и комментарии прессы. Отметим здесь, что её первыми идолами были и люди с татуировкой на всём теле, о которых здесь рассказано, и многие другие, которые по разным причинам не попали в анналы истории.


По материалам Блог PinkStudio и Pinkmarket